История имеет удивительное свойство – она то скрывает от нас имена настоящих героев, то внезапно возвращает их из небытия. Именно так произошло с фигурой Михаила Васильевича Мелашко – украинского атамана, имя которого долго оставалось в тени более известных деятелей национально-освободительного движения. Далее на dnepryes.
А слышали ли вы когда-нибудь о том, как простой фельдшер стал одним из самых отважных повстанческих атаманов Криворожья? Подумать только – человек, посвятивший себя лечению, взялся за оружие ради Украины. Нужно было обладать невероятной смелостью!
От петроградского фельдшера до революционного деятеля
Представьте себе начало 1917 года в Петрограде. Михаил Мелашко служит в военной части обычным фельдшером. Казалось бы, тихая профессия, далекая от большой политики. Но революция пробудила в нем украинскую душу так мощно, что он сразу же оказался в самом эпицентре событий.
Интересно, что именно тогда он был избран делегатом на Всеукраинский военный съезд. А вы представляете, какая это была честь для простого фельдшера? Мелашко не просто попал в состав Всеукраинского совета военных депутатов, но и стал членом самой Украинской Центральной Рады!
Осенью того же года наш герой уже работает инструктором УЦР в Славяносербском уезде. Между прочим, местные жители настолько оценили его организаторские способности, что избрали в состав уездной земской управы и уездного Украинского совета в Луганске. Самое интересное, что в ноябре 1917 года Мелашко назначают заместителем уездного комиссара УЦР в Донецком бассейне – должность, которую гордо называли “комиссар Донецкого кряжа”.
На выборах в Украинское Учредительное собрание, которые проходили уже под пушечные выстрелы большевистской войны против Украины, Михаил Васильевич был избран делегатом по украинскому списку УПСР и земства Екатеринославской губернии. Это окончательно определило его как сторонника левых эсеров-борьбистов.
Хорунжий против донских казаков
А как вам такой поворот судьбы? Летом 1918 года, при гетманате Павла Скоропадского, наш фельдшер уже носит погоны хорунжего 62-го полка 8-го Екатеринославского корпуса Украинского государства. Согласитесь, быстрый карьерный рост!
Интересно, что младший старшина того же полка, С. Левченко, ошибочно называл его “Мережко” в своих воспоминаниях. Левченко оставил нам яркий портрет будущего атамана: “с виду похожий на человека железной воли, а что главное – умел так хорошо говорить (ох, те революционные времена!)…”
С началом антигетманского восстания Мелашко возглавил новообразованный украинский 1-й Бахмутский курень. Курень воевал против донских казаков генерала Краснова, которые по договоренности с гетманом оккупировали Донбасс.
Правда, тот же Левченко вспоминал и слабые стороны своего командира: “А позднее жизнь научила, что в борьбе не красноречие важно, а умение и опыт. Хорунжий Мережко под этим углом зрения как раз там, где нужно было, оказался не на высоте…”. Знаете, это очень человеческое замечание – не все рождаются полководцами.
Харизматическая личность атамана
А встречали ли вы когда-нибудь людей, от которых зависит боевой дух целого подразделения? Мелашко был именно такой личностью. Когда Бахмутский курень был вынужден отступить из-за успешного наступления красных войск и добровольцев, атаман мастерски провел свой поредевший отряд через занятые махновцами уезды Приднепровья.
В Екатеринославе Михаил Васильевич немедленно присоединился к украинским защитникам города под командованием Гулого-Гуленко. Подумать только, как он бросался в бой за каждую улицу родного города!
Сотник Богдановского полка Борис Манкевич оставил нам непревзойденное описание атамана в бою: “На железной дороге курсировал бронепоезд с гарнизоном, кажется от “Куреня Донецкого Кряжа”. Куренем этим командовал военный фельдшер Мелашко – легендарно храбрый человек.”
Эта картина была такой: “Вместе с ним курень проявлял большую боевую силу, без своего атамана курень был нулем. Нужно было увидеть казакам, что атаман их оставил позиции и отошел назад, как они бросали позиции и панически убегали…”
Самый яркий эпизод Манкевич описывает так: “Но стоило атаману Мелашко пойти на перевязку (он был ранен в боях) к перевязочному пункту, чтобы перебинтовать свою ногу, как броневик с целым гарнизоном панически оставлял позиции и бежал. Стрелой вылетал атаман, не закончив перевязки, навстречу своим казакам.”
А как вам эти слова раненого командира: “– Детки, мальчики мои, не убегайте, я здесь с вами, – кричал им навстречу атаман, ковыляя на раненой ноге. И только увидев своего атамана, “детки” останавливались и снова шли с ним вперед.”
Интересно, что даже враги признавали харизму Мелашко. Чекисты позднее писали: “Мелашко, несмотря на то, что он человек малоинтеллигентный, с трудом владеющий письмом, умело учел недовольство украинских народных масс белогвардейщиной… Этой популярности способствовала его личная храбрость и, несомненно, административные способности.”
Последний бунт против красных
Между прочим, слабой стороной атамана было трагическое отсутствие опыта в организации дисциплинированных воинов. Пылкий оратор, хороший организатор, человек лично преданный делу и бесспорной храбрости – но ему не хватало штабного опыта.
Осенью 1919 года антиденикинское восстание под украинским флагом охватило Правобережные уезды Екатеринославской губернии. А представляете, каким сложным был вопрос взаимоотношений с махновцами? 17 ноября в Екатеринославе Военный Революционный Совет махновцев рассмотрел возможность объединения усилий.
22 ноября в газете “Повстанец” появился призыв атамана: “…украинские повстанцы искренне приветствуют всех повстанцев, которые бы ни оперировали на территории Украины, когда бьются с деникинскими бандами. Батьку Махно мы приветствуем как брата по оружию…”
Возвращение красных сопровождалось попытками заманить повстанцев в свои ряды. Всеукраинский ревком во главе с Григорием Петровским декларировал создание красных украинских частей “из трудового элемента с украинским командованием на украинском языке”.
Поддался этой иллюзии и атаман Мелашко. В феврале 1920 года в газете “Борьба” появилось сообщение об образовании в местечке Саксагань Отдельной украинской бригады из бывших повстанческих полков. Самое интересное, что героический атаман на тот момент был избран заместителем председателя Екатеринославского губкома УКП-борьбистов!
Но разве могли долго сосуществовать вольнолюбивые повстанцы и советская система? Когда стали поступать требования отправляться на фронт, Мелашко всячески сопротивлялся, что сделало его подозрительным для красного командования.
В конце февраля 1920 года Михаил Мелашко вместе с начальником хозяйственной части бригады Данилом Буцем был арестован. Согласитесь, ирония судьбы – человека, который боролся за Украину, арестовывают те, кто обещал ей автономию.
Данило Буц описывал их мытарства: “Нас, как арестованных, отправили в штаб Латышской дивизии… Из Латышской дивизии нас отправили к коменданту г. Екатеринослава и от него – в губернскую тюрьму…”
Но вот что произошло дальше! Во время ночевки в селе Сухачевцы преданные Мелашко повстанцы разоружили караул и освободили атамана. Добравшись до штаба бригады, Михаил Васильевич объявил восстание против красных и приказал готовиться к нападению на города Верхнеднепровск и Кривой Рог.
5 марта 1920 года повстанческие отряды на несколько часов захватили Кривой Рог, а утром 6 марта повстанцы вместе с атаманом заняли Верхнеднепровск. Это же надо было такое организовать – одновременное нападение на два отдаленных города!
На губернском съезде Советов делегат от Криворожья докладывал: “…5-го марта Кривой Рог был захвачен на несколько часов бандой Мелашко. После этого население само вступило в борьбу с бандитами… Расстреляно 360 бандитов…”
Правда, позднее выяснилось, что к нападению на Кривой Рог Мелашко не был причастен. Знаете, как часто в те бурные времена одного атамана обвиняли в действиях другого!
4 апреля 1920 года жители Екатеринослава могли прочитать в местной газете отчет об аресте известного атамана: “2-го апреля в Екатеринослав доставлен атаман бандитов М.А. Мелашко…”. Чекисты не скрывали удовлетворения – в конце марта они установили присутствие атамана в Сурско-Михайловском, но не смогли задержать. Арестованная невеста Мелашко указала, что атаман скрывается в Каменском, где в доме Погорелова он и был схвачен.
10 апреля 1920 года губернская чрезвычайная комиссия рассмотрела дело атамана Михаила Васильевича Мелашко, начальника штаба Диковского и других участников нападения на Верхнеднепровск. Всех признали виновными в том, что “зверски убили 26 человек и ограбили казначейство на 12 500 000 руб.” Всех приговорили к расстрелу.
Так трагически завершилась жизнь украинского атамана Михаила Васильевича Мелашко – человека, который от простого фельдшера поднялся до руководителя повстанческого движения, который своей личной храбростью вдохновлял сотни казаков на борьбу за независимость Украины.
Представьте себе – всего 28 лет жизни, а сколько успел сделать для своей страны! От члена Украинской Центральной Рады до повстанческого атамана, от организатора украинских военных частей до героя, который даже раненым бросался в бой со словами: “Детки, мальчики мои, не убегайте, я здесь с вами!”
Имя Михаила Мелашко возвращается из небытия, напоминая нам о тех бесстрашных людях, которые в самые сложные времена не изменили своей мечте о свободной Украине.